voronxxi (voronxxi) wrote,
voronxxi
voronxxi

Category:

СТАНЦЕВАТЬ С ПЬЯНОЙ ОБЕЗЬЯНОЙ (ЧАСТЬ 2)

Дверь справа открылась, и в комнату вошел человек.

По мнению Николая, это был невозможный человек. Он был одет в спецкомбинезон, был весьма высокого роста, плечист, с очень цепким взглядом и волевым подбородком. По нему было видно, что вряд ли он когда съел хоть одну аклкобулочку. Скорее всего, он пил только чай. Или воду… с лимоном. И ел только свежую еду, а не какие-нибудь синтепродукты. На Николая он взглянул трезво и деловито:
- Артем. – Красивым басом представился он, и пожал ему руку своей лапищей. Какое здоровое рукопожатие. Человек–«подъем в 6 утра». Человек-«утренняя зарядка и здоровый завтрак». Человек-«трезвый подвиг каждый день». Когда весь мир там внизу кормит деток алкомедом во имя творческого мышления…. Танцующая воображаемая пьяная обезьяна заверещала и стала бегать кругами. Спокойно, спокойно.
- Вы, Пал Петрович, всегда не с того начинаете. – Сказал Артем, подходя к шторе. – Начинать надо с иллюстрации.
- Да, да. Вы говорили, а я запамятовал.
Артем дернул за шнур и открыл штору.
За шторой было большое окно во всю стену, вернее, в две стены, а за ним… Николай встал с дивана и подошел поближе. У него перехватило дыхание. За окном была Луна. Космос и Луна, слишком большая, слишком темная, какая-то синеватая. А еще была какая-то большая планета, черная и пустая. Это то, что он сразу заметил и не мог отвести глаз. А еще он увидел, что они находятся на вершине гигантского купола…
- Позвольте, я опишу вам ситуацию, Николай. 400 лет назад внезапно обнаружилось, что наше Солнце проявляет все большую нестабильность. Вместо того, чтобы светить еще пять миллиардов лет, и затем стать красным гигантом, оно начало взрываться локально, понемногу в разных местах по поверхности… в целом, не буду вас нагружать подробностями… вы все сможете сами прочитать, суть в том, что такая нестабильность привела к тому, что атмосфера с Земли была снесена начисто….

- Так это Земля… - Николай уставился на темный силуэт большой планеты, закрывающий часть неба.
- Да-да, а Солнце в итоге стало синим пульсаром – одним из немногих обнаруженных в наблюдаемой Вселенной в виду своей тусклости…
- Пульсаром?
- Да, с весьма быстрым периодом, его изучают уже 300 лет… И очередная вспышка придет через… - Артем посмотрел на часы…
- Через 22 минуты. – Вставил Пал Петрович.
- Так точно, через 22 минуты, – подтвердил Артем деловито. – Так вот. К счастью, на Земле вовремя поняли ситуацию, и предприняли меры. Во-первых, построили гигантский мегаполис, куда были переселены все, кого предполагалось спасти.
- И кого же предполагалось спасти? – невесело усмехнулся Николая, зная ответ.
- А спасти предполагалось самых здоровых людей планеты, Николай. Все верно. Без каких-либо генетических отклонений. Во-вторых…
- И всех белых, я так понимаю? – Его так бесил этот тип, такой здоровый, с таким четким пониманием, что правильно, что не правильно, такой самодовольный.
- Нет, не так. Страны не смогли найти общий язык в этом вопросе. Европа и Россия, а также некоторые кавказские страны создали этот город. Китайцы сделали свой. К ним присоединились японцы, и Австралия. Обе Америки создали свой город…
- А Африка?
- Они не захотели.
- Не захотели спастись?
- Не захотели покидать Землю, да. Они решили остаться, и условия переселения показались им неприемлемыми.
- Что за условия переселения? Переселения куда?
- Я как раз к этому подхожу. Если бы вы не перебивали. – Артем сурово посмотрел на Николая, и тому показалось, что во взгляде была неприязнь. «Да… не сработаемся» - подумал он.
– Так вот. Были предприняты пробные полеты в пределах солнечной системы, и выяснилась одна весьма неприятная особенность. Оказалось, что человеческий организм определенным образом связан со средой, в которой он эволюционировал. То есть, находясь определенное время вне планеты, люди начинали деградировать – умственно и физически, даже в условиях искусственной гравитации, причем, довольно быстро на самом деле. Это было выяснено еще во время самых первых шагов человека в космосе, но насущным стало, только когда возникла необходимость эвакуации с планеты. С этой темой, Николай, вы также сможете подробно ознакомиться в нашей видеотеке после принятия должности, так что опять же не буду частить.
М-м… О чем я? Да. После проведенных опытов оказалось, что алкоголь весьма замедляет деградацию, а в половине случаев просто полностью ее блокирует. Наши ученые выяснили минимальную концентрацию алкоголя в крови для того, чтобы человек мог без вреда для себя путешествовать в космосе. Именно тогда и созрел смелый план, продолжателями которого мы являемся. – Артем замолчал, то ли задумавшись, то ли отвлекшись на свои мысли. Николай внимательно посмотрел на него: годами он явно был не старше, но лицо уже испещряли неглубокие морщины, седые волосы солью засыпали короткую по-военному стрижку, руки слегка тронул слегка заметный тремор. «Наверное, не все так просто в датском королевстве: не так легко организовать поездку алкогольной пати в иные миры».
- Они построили мегаполис… - напомнил в тишине Николай.
- Да. – вздохнул Артем. – они… то есть мы, построили мегаполис, и реализовали социальный проект, который был назван, вы наверное, могли бы догадаться, «Светлое алкобудущее»: людям была привита необходимость поддерживать определенный уровень алкоголя в крови на протяжении всей жизни. Недостаточный, чтобы вызвать трансформации тканей и мозга, но достаточный, чтобы выдержать путешествие в межзвездном пространстве.
- Но мегаполис был построен на Земле…
- Да, да. Вы меня опережаете своими вопросами опять. – Артем раздраженно вздохнул. – Когда город был достаточно изолирован от остального мира в плане коммуникаций, над ним вначале было сделано искусственное небо – просто натяжные потолки и проекция смены дня и ночи, а сверху был построен купол. На это потребовалось около ста лет, и мы едва успели закрыть купол до окончательной трансформации солнца и… до того, как солнечным ураганом была снесена атмосфера Земли. Затем под городом была построена платформа и двигатели, и сто пятьдесят лет назад с небольшим город удалось вывести на орбиту. С тех пор мы дорабатываем и подготавливаем его к путешествию к 51-й Пегаса. Это звезда, у которой были найдены 3 планеты в «поясе жизни».
- Далеко она? – Николай бросил взгляд на звездный участок неба между Луной и мертвой Землей: звезды неприветливо скалились.
- 50 световых лет всего лишь. С учетом наших новых двигателей, которые мы уже устанавливаем на место взлетных – они достигают скорости почти десятой от скорости света в фазе устойчивого разгона, так что мы там будем уже лет через… семьсот.
- Но как вам удалось сделать так, чтобы никто не заметил, что мы больше не на Земле…? И взлет?! Как вам удалось сделать взлет таким плавным!?
- О, не только взлет. У нас часто бывают аварии, маневры… и все решает массовое потребление алкоголя. В дни плановых маневров мы устраиваем праздники с существенной передозировкой алкоголя, в дни аварий – мы все списываем на общую затуманенность разума. О, это вообще не составляет проблем! Исключительно удобная социальная организация, скажу я вам. Да, Пал Петрович!?
Пока Артем рассказывал, Пал Петрович принес чайник из соседней комнаты и три чашки – синие с золотой каемкой – почему-то все не белое в этом месте резало Николаю душу острым ножом. Каждый цветной предмет был напоминанием о том, что происходит там внизу. И даже новая ужасная информация не казалась ему оправданием того, что его девочка вынуждена есть алкобулочки три раза в день. А Пал Петрович сидел, кивал, пил чай из синей чашечки с золотой каемочкой и закусывал свежим пряником, запах которого доходил даже до этой части комнаты.
- Несомненно, – сказал тот уверенно. – Понимаешь, Коля, все недочеты просто идеально укладываются в современную социальную систему, основанную на алкозависимости. Людям хорошо, людям ничего не надо, люди ко всему привыкли. Отлаженная система контроля, система наказаний и поощрений, белый цвет позволяет маскировать стерильность, необходимую в космосе, особые пористые материалы, из которых все изготовлено, позволяют тормозить радиационное излучение, прорывающееся сквозь купол, все абсолютно отлажено настолько, что мы легко продержимся еще семьсот лет!
- Почему через семьсот? Если сейчас вылететь, это где-то пятьсот… - спросил Николай.
- Потому что мы еще не набрали персонал. – Ответил за Пал Петровича Артем. - Видите ли, оказалось, что через одиннадцать… алкоадаптированных поколений у человека начинают появляться определенные физиологические признаки адаптации: алкотолерантность переходит в фазу алкогенерации. То есть появляются люди, у которых печень разделяется на 2 независимых органа, один из которых фильтрует только алкоголь, и несколько желез, и в том числе бактерии внутри кишок начинают генерировать алкоголь из любой воды. Кровь таких людей содержит некий процент алкоголя постоянно, и при этом они не испытывают последствий в отношении восприятия и мышления. У нас уже есть целых семь таких детей. Они появились, конечно, не без нашей помощи…
- Это как? – насторожился Николай.
Артем тяжело вздохнул.
- Пал Петрович, может, вы?
- Да, – тот поднялся с кресла, вытер губы желтой салфеткой и подошел к ним. – Есть, Коля, три типа людей. Первый – это основной тип людей, толерантный к алкоголю. Они пьют, пьянеют, тупеют, деградируют сильно или умеренно, но даже у полностью деградировавшего человека может родиться, например, генетически здоровый внук. Второй тип – это такие, как ты – люди с нулевой толерантностью к алкоголю. Полный биологический и психологический антагонизм. С другой стороны, у таких как ты наблюдается гигантский потенциальный запас ресурс здоровья, а также наивысшая психологическая устойчивость среди всех людей. Именно такие люди, как ты, способны к самым тяжелым нагрузкам. Тем не менее, в наших условиях, тебе приходится потреблять некий стандартный минимум, иначе ты погибнешь. Но есть третий тип, – он положил руку на плечо слегка понурившемуся Артему. – У нас есть Артем. Артем – просто находка. Наше достояние. Именно он обладает таким типом, который очень нужен для работы в космосе: он сразу обладал такой мутацией, что алкоголь вырабатывается в его организме самостоятельно, две печени, все как надо. Он может находиться в космосе неограниченное время без какого-либо вреда. Но…
Артем вздохнул еще тяжелее:
- Но первый Артем был инвалидом.
- Что значит первый? – переспросил Николай.
За него ответил Пал Петрович:
- Это Артем 245. Клон с поправками. Вот уже сто семь лет клоны первого Артема проходят генетическую терапию, и каждый последующий постепенно улучшается, приближаясь к твоему типу. Однако существует и обратная деградация: становясь выносливей и сильнее, клоны живут все меньше и здоровье все хуже. Поэтому тридцать лет назад было принято решение о вводе генов Артема в популяцию.
- Вы с ума сошли? – ужаснулся Николай.
- А что такого? Искусственное анонимное оплодотворение группы здоровых женщин. Особенность Артема передается через рецессивные гены. И вот замечательный результат: уже семеро детишек обладают качествами обоих типов. Появился четвертый тип, на который вся надежда. Именно они поведут наш корабль к новому дому! – закончил Пал Петрович торжественно.
Потом он улыбнулся и добавил:
- Вот Маша твоя. Она, между прочим, внучка Артема 178. Так что, вы, можно сказать, родственники. И Марта ваша – она одна из семерых. Она и такие как она будут все эти столетия вести наш корабль в будущее. А когда мы прилетим, они возглавят адаптацию нормальных людей к условиям новой планеты. Сами, они, конечно, не станут нужны, но вполне смогут найти себя в межзвездных исследованиях: особый тип людей, сам понимаешь.
Артем еще более ссутулился и смотрел теперь в окно. А Николай молчал. Поскольку он не задал вопросов и никак не прореагировал, Пал Петрович продолжил:
- Вот теперь ты понимаешь, почему ты здесь, Коля?! Я сделал ставку на тебя. Детей таких будет становиться все больше. Кто-то их должен тренировать, обучать, кому они будут верить. Они и составят первый экипаж. Нам нужно около шестидесяти человек. При твоем участии, мы сделаем из них кремень! – Пал Петрович экспрессивно потряс кулаком в воздухе. – Мы еще тебя с Артемом скрестим, ты у нас сам, может быть, полет возглавишь.
- Пал Петрович, не надо. – Внезапно сказал Артем. Видно было, что он понимал, что чувствует Николай. Хотя, наверное, плохо понимал – куда ему. – Пал Петрович, давайте дадим Коле свыкнуться со всей этой новой информацией. А сейчас давайте покажем ему наши ангары.
Что-то не давало Николаю покоя все это время, пока они рассказывали свои истории. И теперь он понял. Пьяная обезьяна, непрерывно танцевавшая в голове у Николая, вовсе не была взрослой. Это был обезьяныш-подросток. И в лапе у нее был меч. Любопытно получается. Пьяная обезьянка с мечом. Чем дальше, тем сложней будет с ней танцевать. А может, взять ее на руки и укачать? Или взять и рассказать ей… что она надежда человечества, личинка будущей эволюции?
- Да, Николай, ты подумай, работа твоя. Рассказывать никому нельзя. Жить тебе придется, в основном, тут. Скоро и Марту сюда заберем, а Машу нужно оставить. Ты не волнуйся, ей мужа найдут, все будет хорошо…
Пал Петрович вынул сигару и закурил. Коричневую сигару с зеленым ободком.
И внезапно от этих слов или от этого зеленого ободка Николая словно прорвало и он начал внезапно говорить на повышенном тоне:
- Будет хорошо, вы полагаете, Пал Петрович? Вы мне были как отец, помните, вы рассказывали об ответственности перед другими людьми, о роли каждого в обществе, о нравственности!? А тут пьяная карусель, состоящая из аморфного ни о чем не знающего теста для экспериментов, понесется в космосе, управляемая кучкой алкомутантов! И если погибнет, то так до конца и не осознает всего происходящего, а вы говорите, что все хорошо?! Пьяная обезьянка, суррогат возможной эволюции, будет плясать на костях своих родичей, а вы говорите, что все хорошо!?
- Мы называем это консервант. – Внезапно сурово сказал Пал Петрович.
- Что? – Моргнул Николай, сбившись с мысли.
- Общество внизу – это консервант человечества. Старое человечество погибло, а мы везем консерву в новый дом. И я считаю, что все сложилось весьма удачно.
Затем он положил сигару, взял Артема под руку и подтолкнул его к двери:
- Артем… Андреич. Экскурсия в ангары отменяется. Иди, занимайся своим делом, а Николаю надо домой. Верно, Коля? Тебе надо подумать, осмыслить. Я с тобой свяжусь.
***
Это все Николай и рассказал Сене, застывшему с бутылкой в руке, и так и не выпившему налитого в рюмке. Вкратце, правда. Как такое расскажешь?!
- Значит, отец жив, здоров? – спросил Слон.
- Да, вполне.
- И это всё правда? Мы летим на плоском диске в космосе на черепахе?
- Образно, да. – Невесело усмехнулся Николай.
- И часть из нас – потомки клонов, а мы… консерва?
Николай промолчал. Сам налил себе из бутылки и выпил, не закусывая.
- Знаешь, Сень, я понимаю, что, возможно, выбора у них не было. Хотя выбор всегда есть. Нельзя людей держать в неведении про такое, понимаешь?! Я уверен, что большинство бы поняло, и сами бы захотели.
- Большинство – не все, Коль. Да и откуда ты знаешь, кто бы что сделал? Расскажи такое продавщице из нашего магазина, как ее, с грудью такой которая… вот про все про это? Да она с ума сойдет. Пойдет и повесится…
- Но она, по крайней мере, будет знать. Она не будет… тупым мясом. Понимаешь?!
- Нет. Не понимаю. Мы и есть мясо. Тупое пропитавшееся алкоголем мясо. Животные.
- Мы – люди. У нас есть свобода выбора. У нас есть дух. И они там, в Министерстве, не учитывают этого? Если не тренировать дух, а консервировать только мясо, долетит полуживотное. Семьсот лет, Сень! Люди должны выбрать этот хренов подвиг осознанно! Чтобы не умереть духом, не быть… химерами, тупыми оболочками! Да и что встретит там нас в космосе!? Неизвестно с чем мы столкнемся? Это не прогулка на автобусе до соседней остановки. Люди должны быть готовы, понимаешь.
- Ну, я допускаю, что министерские могут ошибаться. Но, ты сам подумай, Коль. 400 лет – это много. В силу того, что у них наработан большой опыт, Коль, я уверен, что их ошибки не могут быть так критичны. С духом твоим… живем же нормально!
Слон, наконец, налил себе в рюмку рома и выпил. А потом сразу еще, и еще одну. Потом утер губы рукавом тельняшки, в которой одна полоса была белая, а вторая – едва голубая, шмыгнул носом и сказал:
- Не, Коль. Я лично готов. И не знать ничего готов. И за, чтобы все не знали. Папаша-то мой не дурак оказался. Уважаю. И тебе рекомендую. Ладно. Не ты хнычь, а я – пошел. Супца жена наварила…
Он пошел к двери, когда Николай продолжал сидеть неподвижно. Но когда он протянул руку к ручке, в дверь постучали.
- Хм. – Хмельно улыбнулся Слон. – Надо же. – И открыл дверь.
На стук вышла из кухни Маша, укутываясь белесой шалью: вечерело и становилось прохладно.
- Кто это? – устало спросила она.
В дверь вошли двое. Оба были высокие, плечистые, но второй был покрупнее. У первого были слегка рассеянное умное лицо, а второй выглядел бы чисто рубаха-парень, если бы не внимательный карий взгляд.
- Ярцев.
- Филлипов.
Представились они.
- Мы из Комитета. Николай Селиванов? Пройдемте с нами.
Сзади в двери появилась бабка Тамара.
- А-а! Я говорила вам, что это подозрительная семейка! Молодчики, что так быстро приехали! На вызовы надо реагировать быстро. Берите их всех, скопом! Они ребенка алкоголем не поят!
- Спокойней бабуля. – Сказал Филлипов, оглядывая комнату.
- Ой, как же так! – запричитала Маша. – Вы что же, Колю забираете!? Да как так!? Он же наш кормилец!? У него просто аллергия! Так бывает, нам сказали в больнице, и справка есть! – она хотела броситься в кухню, где стоял единственный шкаф в квартире, но Коля задержал ее за локоть.
- Спокойнее, Маша. Это недоразумение, должно быть.
- Да, конечно, недоразумение! – она оглянулась на комитетчиков с надеждой.
- Кто распорядился? - спросил их Николай. – Я сегодня был в Министерстве. Мне предложили должность. Сам Пал Петрович…
- Не волнуйтесь, Селиванов. Предложение отменено сверху. И приказано доставить вас немедленно, – сказал Ярцев.
Николай обернулся к Маше. Взяв ее за плечи, несколько секунд всматривался в ее встревоженное лицо.
- Не волнуйся. Все утрясется. – Поцеловал ее в лоб, и вышел из квартиры. За ним пошел Ярцев.
Филлипов немного задержался, пожать руку Слону, все еще стоящему в ступоре у двери. Из кухни вышла Марта.
- А я вас знаю. – Сказала она Филлипову. Тот присел перед ней на корточки и нежно вгляделся в ее личико.
- Вы у нас дед Морозом были на елке. Я вас запомнила. – Сказала она.
- А что это у нас за ухом?! – расплываясь в улыбке, сказал Филлипов, и ловким движением вытащил у ней из-за уха конфетку.
- Клубничная! – обрадовалась Марта. – Спасибо. А вы моего папу забираете?
- Не волнуйся. – Филлипов взлохматил ей волосы. – С ним все будет хорошо. – И тоже вышел.
Tags: Серия рассказов
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment