| ВЕЧЕРНЯЯ БЕСЕДА ЗА КРУЖКОЙ ЧАЯ |
[Апр. 8, 2008|09:23 am] |
- Сова, послушай. – Сказал ей Волк.
А не хотела бы ты так низко пасть,
Так глубоко, так одиноко пасть,
что свет возможно было б увидать
с той стороны.
Увидеть из глубин всех донных отложений
Как вверх стремятся иглы истин и добра,
Как мегалиты чистоты и правды рдеют на ветру
Своими золотыми куполами.
Путь к свету слишком долог по прямой,
И слишком труден день, когда ты даже не уверен,
Какое направление избрать. И только зная, если больно,
Тогда лишь только верное оно.
А если больно – значит верно, то каков же смысл лететь
Все вверх и вверх, срывая гравитацию и веру,
И строя за собой мосты, мосты мостов и банки памяти.
Ведь если же и падать больно, и проще, то, может, лучше пасть?!
Тогда, я думаю, разбившись каплей на микроны бытия
О самое стальное основанье, сковать себя цепями в грех.
Но не сломившись тяжестью Природы, однажды словно бы издалека,
Потом все ближе и ясней увидеть путь, что проще и зовет.
И вот тогда всего лишь только шаг, один лишь шаг нам будет нужен,
И Покой проглотит нас. И в то, к чему стремятся все сквозь боль,
Мы теплыми разбитыми ногами войдем как гости.
А всего-то нужно растворившись в целом в бытиё, отречься от него…
Сова сказала: Этот путь необратим.
И гибелен для тех, кто вдруг в сомненьи,
Увлечется страстью жизни в самый, что ни на есть серьез.
Расплата будет слишком горяча и гОрька.
Ты помнишь, Волк, как с детства мы, не зная друг о друге,
Разучивали азбуку простой любви к простому,
Как усложнялось все в процессе познавания и как, отчаявшись,
Мы глупо сотворяли архитектуры отношений. Они ж срывались,
Обрушивались к нам в сердца кирпичными стенами.
Казалось, будто жизни мы протратили свои впустую до основ.
И вновь, поддавшись природному стремленью, воссоздавали их,
Богаче окружив убранством, всё - собственной фантазии скелеты.
И горьким оказался миг, когда мы вскрыли муравейник страха
Потерять построенное и эфемерное Ничто, что нас так захватило.
Ты помнишь, казалось, что уже нельзя оставить этот путь,
Свернуть, оставить тех, кто крепит наши маски к нашим лицам.
Вот это была боль! Но разве этот путь верней,
Чем тот, что прелагаешь ты? Мне кажется, ему он равен.
Ведь многие уверены, что только в окружении себе подобных,
Нам можно верный путь свой сотворить до самого до Бога.
- Сова, Сова… - Волк закурил взатяжку.
А может, все – к чертям!? И жить, как есть, как дышится!?
Растить своих детей, по осени вино готовить с братом,
И распивать его всем родом до последней букашки, да всласть!
И пусть приходят зимы, и трели соловьев пусть весть несут другим!
Посуды гром немытой будет сердце согревать, и шум воды.
И верностью быть сытым, насыщенным, по капле отдавать
Свою любовь. И в старости однажды прозреть, что жил да вроде бы не зря!
Ты вот представь, как древним стариком, я умираю в окружении семьи.
Я ухожу, и пью на брудершафт с той, что с косой. И элегантно шагом
Без напряженности работы Духа, без зги и щупалец тревоги я ухожу
К Нему, к Нему, к Нему, если Он там хотя бы есть с своею полнотой.
- Ты, Волк, почаще себе это повторяй!
Коль так уверен, что дорос до этакой свободы, что в простом
Способен бесконечно силы чЕрпать и надежду, и наградой если
Сможешь считать сами минуты, что проживать ты будешь каждый миг.
Наука эта посложней, чем просто пасть или куда-то все расти,
Чем в бесконечность простирая лапы, бежать, бежать прочь от себя.
Да потому что крепость веры здесь как вода нужна, как воздух,
Ослабишь чуть, поддашься наважденью, и счастье – фьюить!… где оно!?
А счастье здесь – залог, как флюгер верности пути, что выбрал ты.
И если ты настолько светел, что сможешь удержать себя в руках,
Ну что ж, вперед! Пусть миллиарды звезд как стрелы сторожат
Твое большое сердце в минуты слабости, и светом пусть укрепят.
- Сова, Сова… Ну почему ты плачешь?
Зачем же вертикальные свои зрачки ты наполняешь пресной влагой?
Какой же путь себе ты прочишь, когда честна с собою? До каких
Высот ты хочешь долететь? Надеюсь, не разбиться ты ждешь в боях?
- Битвы?… Да. Я вижу зарево огня у кромки Леса.
Я слышу крики птенцов, горящих в своих гнездах.
Рассвет увидит лишь опаленный след от Родины, и белый пепел лиц
Звериных, горько глядящих с того света на тех, кто Лес сегодня подпалил.
Порой и в этот вечный час я жду призыва, свиста, чтоб достать свой меч,
Взять горсть песка земли родной, и ринуться туда, гасить и мерить Мерой
Всех Мер. Ни капли не боясь, что крылья мне огарками свечными
Конец пути ознаменуют, лишь бы Победой Пламя обернулось. И Лес ожил б.
Ни славы, ни знаменьев не надо мне. Что мне наградой?! Что сомненья
Нет и быть не может. Ни тревоги, ни мрачных рефлексий в смятеньи Духа.
Что этот путь как лестница Домой, которая спасёт любую душу,
Сшелушивая лишнее с нее, очистит, словно зернышко от тлена.
- Сова, твои глаза горят! Хоть поздно уж давно,
И мне пора, тебя я поцелую. Наши миры пересеклись сегодня.
Быть может, больше им навек не пересечься, до конца времен,
Когда б он не пришел по наши души. Пусть ознаменует мой поцелуй
Рождение той малёхой крохи Свободы в сердцах, что нам осветит ночь,
Что нам согреет взгляд тогда, когда уже и нечему окажется согреться,
Что каждого из нас вернет на верный путь, осужденный нам с детства.
Наполнит кровь Любовью до конца… - И крепко Волк Сову поцеловал. |
|
|
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
voronxxi